«Если человек решил сделать что-то хорошее, он строит домик, садик разбивает, пускает корни. А эти товарищи садиков не разбивают, домики ломают, корни выкорчевывают»

В программе «Волгоградский разворот» с участием известного общественного деятеля, политика, промышленника Олега Савченко и главного редактора интернет-портала Oblvesti.ru Дмитрия Бессонова говорили о том, как классические произведения, написанные за сто или двести лет до наших дней, порой удивительно точно характеризуют происходящее сегодня

В рамках информационного партнерства с радиостанцией «Эхо Москвы в Волгограде» предлагаем вниманию наших читателей текстовую версию передачи.

Беда, коль сапоги начинает тачать пирожник, Король оказывается голым, а вору Саве доверяют отару овец. Похожие персонажи есть и у нас. Правда, это уже не смешная и назидательная басня, а печальная беспросветная быль.

Мария Доброскокина: В качестве основной темы сегодня я хочу обозначить так называемый парк сталинградских вдов, или мемориальный парк Мамаева Кургана. За полчаса до начала нашего эфира появились два интересных документа. Первый – заявление Центрального совета Всероссийской общественной организации «Дети войны», которая требует вернуть парк, восстановить его, насколько возможно.

Второй документ, еще более интересный – статья на портале «Военное обозрение». Пишет некто Роман Скороходов. Процитирую: «Вставив в поиск эту тему, получил очень странный результат. Кто первым поднял шум? Опять все «наши» — Каспаров.ru, Росбалт, Свобода, Эхо Москвы. А был ли парк?»

Далее Роман Скороходов цитирует «Эхо Москвы в Волгограде». Точнее, слова, написанные лично мной: «Считается, что в парке деревья высадили родственники погибших в Сталинградской битве, поэтому неофициально эту территорию называют парком сталинградских вдов. Ранее волгоградские власти признали территорию неблагоустроенной и решили этот парк обновить». И после этого Роман Скороходов утверждает: «Документов, на которые можно опереться, попросту нет».

Очень жаль, что наши коллеги с других ресурсов не проявляют журналистской добросовестности и не проверяют информацию, которая тем или иным образом попадает к нам в руки. Я бы хотела Романа Скороходова, или другого человека, который скрывается под его фамилией, переадресовать к председателю Волгоградского отделения Всероссийского общества охраны памятников Валерию Котельникову, который обладает всеми документами.

Думаю, не стоит далее формулировать этот вопрос к вам, Олег Владимирович. Вы сами находитесь в информационном поле и знаете, что происходит. Каково ваше мнение по этому поводу? Ведь ситуация стала настолько патовой – можно ли как-то выйти из нее с достоинством, или уже нет?

Олег Савченко: К сожалению, снова Волгоград «прославился». Мало того, в этой скандальной истории замешано и героическое прошлое Сталинграда-Волгограда. Мое мнение таково: даже если бы этого парка не было, его надо было придумать. Для молодежи, для новых поколений. Легенда это или правда, но это должно быть традицией, которую надо чтить и беречь, чтобы она оставалась в умах и в сердцах людей.

И обязательно поддерживать со стороны властей – областных, городских. Не на словах, как обычно у нас происходит, когда о ветеранах вспоминают один раз в году – 9 мая, а ежедневно. Только так мы воспитаем патриотизм. Молодежь сегодня сложно обмануть, она быстро определяет, где ложь и конъюнктура под очередные деньги по статье «развитие патриотизма», а где реальные дела.

Придумайте красивую традицию, ведь для этого же не надо быть семи пядей во лбу. Нужно просто любить свой город, уважать его героическое прошлое. Например, «Бессмертный полк» — истинно народная акция. Почему бы не объединить? Скажем, после шествия «Бессмертного полка», после того, как люди пронесли плакаты с фотографиями своих погибших на войне дедов и прадедов и вспомнили об их подвиге, они придут в мемориальный парк, где растут деревья в память о этих же воинах, а около деревьев – таблички с именами.

И этот парк будет еще один символом в добавление к «Бессмертному полку». Ведь дерево – это жизнь, а главный смысл – живая память о подвиге, хранящаяся в веках, от поколения к поколению. Вот традиция, которую нужно было сделать!

Дмитрий Бессонов: В Волгограде так сложилось исторически, что у нас памятников, связанных с войной – огромное количество. И Мамаев курган — главный памятник.

Олег Савченко: В бытность мою депутатом Государственной Думы, к сожалению, пришлось вмешиваться в одну ситуацию, делать несколько депутатских запросов в Генпрокуратуру. Помните, когда хотели сделать на Мамаевом кургане горнолыжный спуск? А сегодня там срочно нужна автостоянка. Чемпионат мира, понятно, футболисты приедут, гости.

Но они приедут и уедут, а нам здесь жить, это наша память. Где уважение к людям, которые лежат в Мамаевом кургане? Это святая земля. И так относиться к ней недопустимо. Ломать – не строить. Мы привыкли, что в Волгограде постоянно что-то ломают, уничтожают, а строить кто будет? Спасибо федеральным властям, которые сегодня делают дороги к Ччемпионату мира.

Спасибо президенту страны и предыдущему губернатору, что местом проведения части матчей ЧМ стал Волгоград, что строится стадион, благоустраивается город — хотя бы в пределах «аэропорт-стадион». К сожалению, пока что только так. Но ведь дальше что-то надо делать, тем более, в части патриотизма.

Мария Доброскокина: Мне кажется, надо еще и с самим собой прийти в согласие. Вот еще один пример противоречивости, которая царит в головах чиновников. Цитирую политолога Виталия Арькова, который написал на своей странице в Фейсбуке: «Если никакого парка вдов у Мамаева кургана не было, а был пустырь и свалка, то о чем шла речь на сайте госзакупок в июне? О каком «Выполнении работ по благоустройству мемориального парка на Мамаевом кургане в Центральном районе города Волгограда»? Этот конкурс выиграло МБУ «Северное», которое проводит сейчас работы по выкорчевыванию деревьев».

Дмитрий Бессонов: Я вам скажу больше, там речь идет о десятках миллионов рублей. И настолько фантастически быстро эти закупки были совершены — со скоростью 2-3-5 минут! Более того, единственный поставщик выиграл все эти закупки. Вот как-то так ловко все в Волгограде получается. Кстати, Олег Владимирович, вы какого года рождения?

Олег Савченко: 1966-го.

Дмитрий Бессонов: Что ж, вполне могли бы и стихи на открытии Мамаева кургана прочитать. А то вот у нас есть люди, которые на открытии Мамаева кургана читали стихи в весьма юном возрасте.

Олег Савченко: Мне стыдно было читать «соревнования» этих, мягко говоря «подчиненных», «лакейных» депутатов, которые тут же начали говорить: «а вот когда мне было пять лет…», «а меня спросили ветераны, что здесь делают эти деревья, уберите их срочно, они мешают городу жить…». До абсурда довели, честное слово.

Дмитрий Бессонов: Думаю, что порядка 85% людей, которые сейчас с упоением рассказывают, что нужно было этот парк приводить в порядок, что он засыхал, и так далее, все эти люди не из космоса взялись. Они руководили, они были председателями комитетов, руководителями ведомств. Поразительнейшим образом высказалась на эту тему одна из бывших руководительниц волгоградского «Зеленхоза», которая сказала: «Безобразие, что в течение десятилетий не поливался парк!».

Олег Савченко: А пробовали просто сделать систему полива?

Мария Доброскокина: Мы не ищем легких путей…

Олег Савченко: Ломать – не строить, это просто наш волгоградский лозунг. Можно так и на флаге области написать: «Ломать – не строить, душа не болит».

Дмитрий Бессонов: Если учесть, с каким остервенением продолжается сейчас вся эта «поломка», это, честно сказать, вызывает даже некое восхищение целеустремленностью разрушительной силы. Ларьки – сломать. Павильончики – сломать. Деревья? Да японский городовой, конечно, сломать! И построить на этом месте как бы и мемориальный парк, как бы и аллею России, но, самое главное – автостоянку к чемпионату!

Олег Савченко: Что, земли мало под автостоянки?

Дмитрий Бессонов: По требованиям ФИФА, автостоянка должна быть в прилегающей зоне.

Олег Савченко: Да там в прилегающей зоне целый завод пустует! Уж чего-чего, а пустующих земель полно – бывших заводских, брошенных…

Дмитрий Бессонов: Это же вопрос переговоров…

Олег Савченко: Да каких переговоров? Это вопрос работы. Работать надо. Но чиновничья логика такая: а зачем, если Мамаев курган рядом?

Дмитрий Бессонов: в 2013 году вы писали депутатский запрос о варварской вырубке Мамаева кургана? «Высота 102» об этом писала…

Олег Савченко: Да, было.

Дмитрий Бессонов: И тогда вырубку прекратили, при «злодее» Боженове.

Мария Доброскокина: Что характерно, тогда «Высота 102» писала про «варварскую вырубку», а сегодня на том же ресурсе появляется материал, что там ничего, в общем-то, и не было.

Дмитрий Бессонов: Вы поймите, варварская вырубка была до 2014 года. То есть до всего хорошего. А потом настал 2014 год, и вырубка стала «нежная».

Олег Савченко: Тогда вырубка стоила 2 миллиона, а сейчас – почти 60 миллионов весь проект. Поэтому тут же она стала не варварской, а «благородной», «патриотичной» вырубкой.

Мария Доброскокина: Мне кажется, у нас столь же «деликатно» проходят процессы по сокращению списков объектов культурного наследия. Предлагается некоторые просто изъять. Не знаю, по каким критериям, вероятно, просто за ненадобностью. Это очень похоже на ситуацию с деревьями: нет объектов — нет проблем.

Дмитрий Бессонов: Это, кстати, тоже интересно, Олег Владимирович. Недавно мы могли наблюдать по каналу НТВ, что вы тоже не чужды проявлений душевного трепета по поводу объектов культуры, искусства. Вы ездите по Волгоградской области, осматривая старинные дома.

Вас шокировало заявление Андрея Ивановича по поводу того, что неплохо было бы «подсократить» количество объектов культурного наследия?

Олег Савченко: Сокращать, опять же, не строить. Это легко. Можно скомандовать «копать от рассвета до забора». Только в этом случае пустырь будет. На нем вырастут коммерческие объекты, кто-то получит прибыль при распределении земли, наверное. Наплевательское отношение к своему культурному наследию – а его здесь и так мало осталось, единицы…

Недавно я был в Астрахани, был в Архангельске, встречался с губернаторами, общался, смотрел, как там сохраняется культурное наследие. Мне это было важно, интересно. К примеру, в Астрахани, где нет больших денег — у них ведь нет ЧМ по футболу – так вот, в Астрахани на каждые 10 лет расписывается программа сохранения исторического центра. И каждый астраханец знает, что тот или иной дом в исторической части тогда-то будет отремонтирован, восстановлен.

Не мы придумали статус культурного наследия, единолично решать судьбу тех или иных объектов никому не позволено, потому, что это субъективное мнение. Для того, чтобы давать оценку, есть специалисты, историки, общественные советы. Вы знаете, как трепетно я отношусь к музеям, ко всему тому, что нам досталось, так сказать, по наследству. Не нами построенное. И не нам ломать.

Дмитрий Бессонов: Может быть, проблема в том, что вы давно прописаны в Волгоградской области, вы являетесь здесь налогоплательщиком? Нет ощущения того, что персонажи, которые «подмахивают» распоряжения о сокращении объектов культурного наследия – они не Иваны, родства не помнящие, а у них просто нет здесь родства? Их волею судьбы сюда занесло, и они режут и рвут.

Олег Савченко: Никого не обвиняя, скажу, что причиной такого отношения в большинстве случаев является «золотой телец». Подобные случаи давно и в деталях описаны классиками. В баснях Крылова, например, можно найти точнейшее соответствие ситуациям, которые происходят у нас в области.

«Кто про свои дела кричит всем без умолку, в том, верно, мало толку».

Мы в последнее время слышим очень много красивых слов, но почему-то они всегда в будущем времени. К сожалению, в настоящее время эти слова не переходят. Почему-то.

Дмитрий Бессонов: А я отвечу вам тоже Крыловым.

Мария Доброскокина: У нас сейчас состоится литературный баттл?

Дмитрий Бессонов: Это не баттл, это как бы в продолжение. Есть совершенно гениальная басня «Белка»: «Посмотришь на дельца иного, хлопочет, мечется, ему дивятся все. Он, кажется, из кожи рвется, да только все вперед не подается, как белка в колесе».

Олег Савченко: Да-да, ключевые слова в нашем случае «вперед не подается». Известная басня, да. Кстати, там по сюжету к белке прилетает дрозд, но она говорит ему – не отвлекай меня, я работаю, я вкалываю. И дрозд говорит: «Ты все бежишь, да все на том же месте». То же самое происходит и в нашей области.

Те вопросы, которые два года назад обсуждали, да даже и год назад – ведь все на том же уровне, ничего не происходит. Происходит – в подконтрольных СМИ, на телеэкранах. Оплачено это деньгами налогоплательщиков из областного бюджета, по словам чиновников, «скудного». Однако на СМИ хватает.

Мария Доброскокина: Мне кажется, у нас два любимых автора, которые писали явно про волгоградский регион: Крылов и Салтыков-Щедрин.

Дмитрий Бессонов: Погодите, мы ведь еще установили, что и «Незнайка» написан про Волгоградскую область! Олег Владимирович, вы, отвечая на один из вопросов, сказали, что не можете принимать каких-либо решений в сфере культуры, или судить о чем-то в этой области, не имея бэкграунда, не имея специального образования.

К сожалению, у нас отсутствие базиса далеко не всех останавливает. Как у нас проходят общественные слушания по различным вопросам — от застройки земли до передачи здания колледжа под общепит? Приходят человек триста, из них большая часть – сотрудники муниципалитета. Принимают решение люди, которые от этих объектов и территориально отделены, и морально.

Думаю, в конце августа это снова начнется, и жители города самыми последними узнают о том, что что-либо проходило. Как вы оцениваете проведение общественных слушаний в Волгограде?

Олег Савченко: Вы знаете, я все-таки немного погрешил против истины. Я ориентируюсь в искусстве, в культуре. Но профессионально я не могу делать выводы, которые потом станут судьбоносными. Для этого есть специалисты.

Есть в Волгограде человек, общественник, специалист, который всей жизнью своей доказал свою любовь к городу, свое бережное отношение к объектам культурного наследия. Такие люди и должны делать заключения на общественных слушаниях. Но на проведении общественных слушаний наши власти, как говорится, уже «руку набили» — нагнать бюджетников, сказать им «голосуйте вот так, или мы вас уволим».

Люди приходят, обремененные этим обязательством, и, не думая, голосуют так, «как надо». Это фикция, такая же, как переустройство Мамаева кургана — абсолютный блеф, когда за две минуты после объявления конкурса закрываются торги и подписывается контракт. Можно сделать вывод, что этот конкурс делали под какого-то заказчика.

И снова вспоминается Крылов: «В ком совесть есть и в ком закон, тот не украдет, не обманет, в какой нужде бы ни был он. А вору дай хоть миллион – он воровать не перестанет». То же самое с общественными слушаниями.

Обманывать людей – а я могу здесь рассуждать, как гражданин Российской Федерации с пропиской в городе Волгограде, с огромным опытом государственной службы — так вот, я думаю, что этот обман плохо закончится.

Люди, понимая, что их обманывают таким образом, изображая общественные слушания, праймеризы и выборы — весьма радикально настроены к тем, кто их обманывает. Особенно молодежь. А ведь это наши дети, внуки, им жить дальше. Мы передадим им город – какой? Изуродованный, заброшенный, с неработающими предприятиями. А будущее время в обещаниях власти – оно ведь когда-то закончится.

Дмитрий Бессонов: Так все взаимосвязано. Закрыты заводы, снесены ларьки, в рамках движения вперед уничтожены несколько тысяч бюджетных мест и, в результате, работа в бюджетной сфере стала единственным гарантированным источником дохода.

Несмотря на то, что, по слухам, в областной администрации и в областной Думе клеркам задерживают зарплату. Ситуация такая везде – вплоть до администраций районов. Фактически выжгли поле, те, кто смог уехать – уехали. Те, кто готовы до последнего забуриваться в землю – еще как-то сопротивляются.

Остальным, кроме как работать в бюджетных организациях за 8-15 тысяч рублей, не остается ничего. Они и идут голосовать, они идут на общественные слушания, понуро, грустно, понимая, что другого выбора у них нет.

На независимого человека разве можно давить? Говорить ему: «А ну-ка, быстро, свой голос отдай!». А на человека, связанного по рукам и ногам, с семьей, с проблемами, с единственным источником дохода – давить очень просто.

Олег Савченко: Самое обидное, что достойных людей, которые дорожат своим именем, своей работой, которые любят город, я встречаю в Москве, в Астрахани – кстати, там огромное количество наших компаний, потому что более благоприятные условия, и к каждому налогоплательщику власти относятся бережно. Более того – оказывается помощь по всем вопросам, если ты налогоплательщик.

И это я говорю не слова губернаторов – губернаторов вообще не надо слушать на эту тему. Это слова тех руководителей или владельцев компаний, которые переехали и перерегистрировали свой бизнес в той же Астрахани. Это очень обидно, это сложно слышать. И это говорят люди, которые любят Волгоград, которые готовые вернуться, если будут создана нормальная среда для бизнеса. Ведь почему люди убегают, почему астраханцы, саратовцы, ростовчане к нам не переезжают, а мы почему-то встречаем волгоградские компании в Саратове, в Ростове, в Астрахани, в Москве?

Дмитрий Бессонов: Я знаю, что одна из крупнейших сетей общественного питания перерегистрировалась в Москве. Собственник сообщил, что в Волгограде абсолютно невозможно работать

Олег Савченко: Волгоградские чиновники создали себе свой «мирок», который им удобен. Почти по Шварцу: «Это не народ, это хуже народа, это лучшие люди города». Помните фильм «Убить дракона»?

Наши чиновники в последнее время, к сожалению, совсем отделились от реальных проблем, от реальной ситуации в городе, залезли в некое беличье колесо, и на все вопросы многомилионного населения Волгоградской области отвечают: «Не мешайте нам, мы движемся вперед, нам некогда отвечать вам, мы работаем».

И вот поди поспорь с этой белкой, что она не бежит вперед в своем колесе! Перечитайте Крылова, много интересного.

Дмитрий Бессонов: Есть еще интереснее басня у этого автора. Ровно о том, что мы говорим. Басня «Листы и корни». Есть некое дерево, красивые листья которого начали рассказывать, какие они замечательные, как у них все здорово, и дерево, благодаря им, собственно, является столь привлекательным:

«Примолвить можно бы спасибо тут и нам»,-

Им голос отвечал из-под земли смиренно.

«Кто смеет говорить столь нагло и надменно!

Вы кто такие там,

Что дерзко так считаться с нами стали?» —

Листы, по дереву шумя, залепетали.

«Мы те, — им снизу отвечали, —

Которые, здесь роясь в темноте,

Питаем вас. Ужель не узнаете?

Мы корни дерева, на коем вы цветете.

Красуйтесь в добрый час!

Да только помните ту разницу меж нас:

Что с новою весной лист новый народится,

А если корень иссушится, —

Не станет дерева, ни вас».

Эти слова – о нашей ситуации. Идут по головам, совершенно наплевательски относясь к людям. На носу – сентябрь, когда пройдут довыборы по двум мандатам. Вопрос уже решенный, уже понятно, что по одному мандату один человек «назначен», по другому – другой.

Говорят, что одному из них уже в день так называемых «праймериз» подарили табличку для кабинета. Все больше и больше людей говорят, что в сентябре на выборы не пойдут, ничему уже не верят. Значит, пойдут только те, кого загонят пинками и кнутом, ну, и члены семей «назначенных» депутатов.

Но проблема еще и в том, что март тоже на носу. Меньше года осталось до выборов. Ведь мы рискуем получить «катастрофическую» явку. Но в регионе никто об этом не думает. Почему? Прямое унижение людей способствует только тому, что они будут голосовать «ногами назад».

Олег Савченко: Это привычка из той армии, которая забыта, которая уже отреформирована за последние годы. Один из ее постулатов — чем больше ты унижаешь солдата, тем больше создается впечатление, что он будет преданнее. Это атавизм, от которого избавились, а у нас в Волгоградской области эта идея живет – людей унижают, унижают, унижают…

Дмитрий Бессонов: Почему не находится человека, который бы сказал Андрею Ивановичу, что он неправ, что он перебирает, что за соревновательный процесс «кто глубже лизнет»?

Олег Савченко: Кукушка хвалит Петуха за то, что хвалит он Кукушку…

Дмитрий Бессонов: Так в том и дело, что он их не славит — он их нагибает! Вспомним совершенно конкретный сюжет на телевидении, посвященный окончанию парламентской сессии. Андрей Иванович вызвал к себе депутатов Госдумы, они с готовностью «построились по росту».

Потом перестроились. Вот эта себя нехорошо вела, ее в стороночку. Вот этот подозревается в амбициях, его тоже в стороночку. А остальные красивые. Ну, значит, сидят по центру красивые, и Андрей Иванович дает этим красивым задание – встречаться с людьми.

Один из них, Носов, затем комментирует: «Андрей Иванович нам поставил задачу встречаться с людьми». И ни у кого это не вызывает никаких вопросов!

Олег Савченко: Что, прямо со встречи ломанулись все к людям?

Дмитрий Бессонов: Не знаю насчет людей, а вот некоторые ломанулись рассказывать о том, какие «злодеи» заказали информацию по мемориальному парку на Мамаевом кургане…

Мария Доброскокина: А что, раньше мысль о встречах с людьми никому в голову не приходила?

Дмитрий Бессонов: В том и дело! Отработали сессию, в которой каждый месяц региональная неделя, и тут – японский городовой! – оказывается, надо встречаться с людьми, потому, что Андрей Иванович поставил задачу! Ну вот не чувствует человек себя дураком, и все.

Неужели губернатору надо говорить депутатам Госдумы, которые обходятся вам, Марии, мне, всем нашим коллегам, всем жителям области в немалые деньги, что надо встречаться с людьми! И ведь депутат сюда не на санях приезжает, не на собственной машине, он за бюджетный счет сюда ездит! И такие вещи говорит. При этом депутат Носов лет 10 до этого район возглавлял. Это как можно?

Мария Доброскокина: По-моему, это вопрос без ответа.

Олег Савченко: Знаете, есть еще такой фактор, как «сарафанное радио». Те бизнес-структуры, которые ушли в другие регионы, по этому радио передают, что там лучше, там не дают указаний от губернатора депутатам встречаться с людьми, там это норма. Там реально помогают налогоплательщикам работать. Всем – крупным, средним, малым.

Уважительно относятся к людям, которые умеют строить, созидать, а не разрушать и пилить, за считанные минуты выигрывая госзакупки.

Возьмите тот же спорт – отличный пример. Уезжают из Волгограда хорошие спортсмены. Гандбольная команда «Динамо», например. Уезжают в Астрахань, в Ростов. Или вот объявили, что закрывается Центр спортивной подготовки по гребле, Центр спортивной подготовки по плаванию. Объяснили, что реорганизация.

Ну, мы знаем, что это значит – не будет у нас того плавания, той школы, которая давала нам олимпийские медали. Да и не только медали, не будет тысяч детей, занимавшихся спортом – целеустремленных, способных, гордости города, области. Сколько можно ломать, создайте уже что-нибудь! ЦСП создавался при Максюте или Шабунине – я точно не помню. Честь и хвала им!

При них много создано того, что сейчас рушат. Культурное наследие? Ломаем! Спорт? Ломаем! Заводы? Какие заводы, кто ими будет заниматься? Правда, мы сначала расскажем, как они будут «процветать» через пять лет. Но где это процветание? Где «движение вперед»? Куда движемся, куда вперед? Я ведь помню все эти цитаты, которые наговаривались, они уже превратились в пшик.

Мария Доброскокина: Кстати, не далее, как позавчера, у нас появился один прелюбопытнейший рейтинг. Правда, говорят, что все эти рейтинги делают разные «конторы», и доверять им нельзя. Но вот что удивительно — какие бы конторы ни делали рейтинги, для Волгограда они всегда неутешительны.

Очередной рейтинг касался оценки работы глав городов. И в данном случае у нас глава города Волгограда Виталий Лихачев на 87-м месте. Я хочу сказать, что все еще неплохо, так как на последнем, 88-м – Омск. При этом в Омске очень интересная ситуация – их мэр был назначен только 10 дней тому назад. Про него еще ничего не понятно.

Дмитрий Бессонов: Не успел поработать…

Мария Доброскокина: Стабильность – признак мастерства. Мы это 87-е место держим второй год подряд. Примечательно, что в рейтинге, о котором мы говорим, упоминаются факторы, негативно влияющие на имидж. Это и многострадальный парк вдов, и то, что происходит с транспортной схемой, и с аварийным фондом жилья, и с домами, которые тут взрываются, рушатся.

При этом любопытно, с какой готовностью наша мэрия встает на защиту того, что у нас в целом происходит в регионе. Возникает впечатление, что за все в области отвечает волгоградская мэрия. Даже за те решения, которые принимались на уровне региона, в конечном счете, радостно расплачивается эта «каторжная команда», по-другому их не назовешь.

Дмитрий Бессонов: Мне их жалко, на самом деле. А еще более жалко Виталия Лихачева.

Мария Доброскокина: Да ведь к нему, на самом деле, нет претензий. Тут понятно все.

Дмитрий Бессонов: Потому, что к пустоте нет претензий.

Олег Савченко: А мне жалко тех, кого ежедневно делают виноватыми. Мол, все в прошлом было плохо. Между тем, нужно с уважением относиться к тем людям, которые что-то создавали в этом прошлом. Или хотя бы не ломать созданное другими!

Снова процитирую Крылова: «Какой порядок ни затей, но, если он в руках бессовестных людей, они всегда найдут уловку, чтоб сделать там, где им захочется, сноровку».

Хочу сказать, что Виталий Лихачев – способный и достойный руководитель. К сожалению, у него сегодня есть масса ограничений, связанных с тем, что он не может самостоятельно принимать решений. Он должен согласовывать, согласовывать, согласовывать.

Потому, кто куда ни возьмись – везде решения связаны с распределением бюджетных денег, с тем самым «золотым тельцом». Он везде. Поэтому Виталий Лихачев сегодня просто исполнитель. Дайте ему свободу в принятии решений, если вы ему доверяете! Поверьте, при таком подходе он уже переместился бы из восьмидесятых мест, как минимум, в середину рейтинга.

Я сам, как руководитель, могу это утверждать. Ведь и город у нас хороший, и люди хорошие, и все бы у него получилось.

Дмитрий Бессонов: Олег Владимирович, остановитесь, вы ведь сейчас судьбу человеку ломаете.

Олег Савченко: Почему?

Дмитрий Бессонов: Еще два хороших слова о Лихачеве – и завтра вы узнаете о смене сити-менеджера.

Олег Савченко: Почему? Он эффективный руководитель, я это знаю.

Мария Доброскокина: Потому, что вы об этом говорите.

Дмитрий Бессонов: Виталий Лихачев не только хороший руководитель, он и человек хороший…

Мария Доброскокина: Последний гвоздь ты вбил, Дмитрий.

Олег Савченко: Да в чем проблема-то, я не понимаю?

Дмитрий Бессонов: В вас проблема. Во мне тоже.

Олег Савченко: Когда мне говорят, что нет в Волгограде хороших управленцев, я резко возражаю. Они есть, и их немало! Но часто заместителей губернатора и начальников подразделений к нам привозят. То из Астрахани возили, то теперь из каких-то «Трех медведей» везут.

Что, в двухмиллионном регионе нет своих хороших руководителей? С этим я поспорю. Есть, и много, перечислять и перечислять. И Виталий Лихачев в их числе – в числе способных, достойных, которые не уехали, а любят свой город и живут здесь, хотят сделать все возможно, чтобы Волгоград стал лучше.

А приезжие – они как приехали, так и уедут! Они сидят на чемоданах все время, им не до города, не до региона. Чемоданное настроение. Приехали – срочно показывайте нам, где деньги, потому, что надо успеть. Мы тут быстренько откэшимся, а дальше разбирайтесь сами.

Дмитрий Бессонов: Виталий Викторович… я сделаю все, чтобы вас не уволили…

Мария Доброскокина: Уважаемые собеседники, я предлагаю перейти к другому вопросу, потому, что он менее опасен и затрагивает неопределенный круг лиц, которые ответственны за принятие бюджета региона. Это как раньше, когда крестьяне челобитную писали «по кругу», чтобы было непонятно, кто первый начал. Так вот, по мнению областных депутатов, бюджет у нас неплохой, стабильный и устойчивый.

А теперь немного новостей: «Администрация региона ищет очередной банк, который предоставит коммерческий кредит в размере полутора миллиардов рублей. За счет заемных средств региональные власти намерены восполнить дефицит областного бюджета и погасить часть государственного долга».

При этом я напомню, что часть депутатов областной Думы, которые ранее в кулуарах позволяли себе говорить о дефиците областного бюджета, настигла кара …

Дмитрий Бессонов: Наругали…

Мария Доброскокина: Да-да, их наругали и запретили разговаривать с журналистами. Но меня сейчас больше интересует очередной займ в полтора миллиарда.

Олег Савченко: Самый главный вопрос – куда будут направлены эти средства. Наши власти кивают на Краснодарский край, мол, посмотрите, как у них там бюджет закредитован. Но это же от лукавого, это как раз оправдание собственной неспособности управлять.

Вы разберитесь, для чего берут кредиты руководители Краснодарского края. А берут они их на инвестиционные проекты, которые через 2-3 года, через 5-10 лет сторицей вернутся в бюджет. Вернутся на решение социальных вопросов, на развитие спорта, культуры. А руководители Волгоградской области берут коммерческий кредит, чтобы погашать проценты по другим кредитам, проценты на проценты…

Статистика говорит, что все меньше и меньше граждан берут сегодня кредиты, потому, что понимают, что это чревато последствиями. Люди понимают, что кредит – это, прежде всего, затраты, а не инвестиции, это не приносит доходов, а увеличивает их. Берешь чужие, а отдаешь свои, да еще с процентами.

Но почему-то руководство нашей области не понимает, что надо сначала четко обозначить свои возможности и потребности, тщательно все взвесить, а потом брать кредит на инвестиционную составляющую – промышленность, сельское хозяйство, на помощь бизнесу. На любое производство материальных благ, которые будут потом пополнять областной бюджет.

Это же очевидно. Это слово «зарабатывать». Но делать это сегодня в руководстве региона не умеют. Там сегодня собрались люди, которые любят распределять. А на это много ума не надо.

Мария Доброскокина: Олег Владимирович очень удачно напомнил мне о людях, которые умеют не только распределять, но и с шиком тратить. Например, на туалеты к чемпионату мира по футболу, которые мы берем в лизинг, потому, что они передвижные, и стоят 2 500 000 рублей за штуку.

Дмитрий Бессонов: Комплексная транспортная схема в действии! Передвижные туалеты!

Олег Савченко: Еще раз, пожалуйста.

Мария Доброскокина: Пожалуйста: 2 500 000 рублей стоит поставка одного передвижного туалета к чемпионату мира.

Дмитрий Бессонов: В лизинг до 2020 года.

Мария Доброскокина: В моем личном чарте эта новость пока остается первой за весь 2017 год. Туалеты в лизинг – я такого еще не слышала. А вот суммарные переплаты по кредитам, которые берет администрация Волгоградской области для погашения дефицита и госдолга, составит 30%, что в денежном эквиваленте составит 450 000 000 рублей. То есть, это мы платим только за обслуживание долгов.

Олег Савченко: Я уже запутался, честно сказать. Кредиты на кредиты, проценты на проценты. Думаю, что не только я запутался, а все запутались в этих дебрях. Нас запутали.

Дмитрий Бессонов: Такое ощущение, что администрация региона пошла в «Быстроденьги» и берет экспресс-кредиты, по которым, кстати, Госдума недавно поставила серьезный вопрос, о том, что надо столь рискованные операции прекращать под такие бешеные проценты.

Олег Савченко: Если бы все-таки была четкая трактовка, куда именно тратятся эти деньги – на инвест-проекты, строительство, создание чего-либо, даже под любые проценты – это было бы для Волгограда, для региона, для людей. Для будущего наших детей.

Но когда методом «проценты на проценты» закрывают дырки в бюджете, мы понимаем, что эти дырки растут бесконечно, пока кто-то волевым решением не остановит процесс. Не знаю, кто. Может быть, силовые структуры, Генпрокуратура разберутся, куда и как тратят эти средства.

Эффективность – мое любимое понятие — просто отсутствует при принятии подобных финансовых решений. И чем это оправдать? Я разговаривал с депутатами областной Думы, с трезвомыслящими депутатами. Они говорят, что сами в шоке. По-другому не скажешь.

И единственный аргумент, который они слышат все время – «все до нас было плохо, все двигались назад, и только мы двигаемся вперед, поэтому нам срочно нужны деньги, чтобы закрыть то, что было до нас».

Самое страшное, что не называются сроки, когда же наконец-то стартует это набившее всем оскомину движение вперед. Пока только очередные кредиты, очередные проценты на каждого жителя нашей области.

Мария Доброскокина: Мы кредит взяли до 2020 года. «Стратегия 2020», как она есть, в действии!

Дмитрий Бессонов: Я боюсь одной вещи – что мы скоро прочитаем в бюджетополучающих газетах о том, что пришло время жителям области всем пройти медицинское обследование и одной почкой все-таки каждому человеку пожертвовать в пользу администрации региона для погашения кредитов.

Понимаете ли, если человек решил сделать что-то хорошее, он строит домик, садик разбивает, пускает, как говорится, корни. А эти товарищи садиков не разбивают, домики ломают, корни выкорчевывают. Перед тем, как мы зайдем на финал нашей программы, я хочу прочесть еще одну басню Крылова – она называется «Пастух».

Басня о «борьбе с коррупцией», о «движении вперед» во всех направлениях практически.

У Саввы, Пастуха (он барских пас овец),

Вдруг убывать овечки стали.

Наш молодец

В кручине и печали:

Всем плачется и распускает толк,

Что страшный показался волк,

Что начал он овец таскать из стада

И беспощадно их дерет.

«И не диковина,— твердит народ, —

Какая от волков овцам пощада!»

Вот волка стали стеречи.

Но отчего ж у Саввушки в печи

То щи с бараниной, то бок бараний с кашей?

(Из поваренок, за грехи,

В деревню он был сослан в пастухи:

Так кухня у него немножко схожа с нашей.)

За волком поиски; клянет его весь свет;

Обшарили весь лес,— а волка следу нет.

Друзья! Пустой ваш труд: на волка только слава,

А ест овец-то — Савва.

Мария Доброскокина: По логике, в басне уже должна появиться КСП.

Олег Савченко: На этот счет есть бессмертное произведение Евгения Шварца «Голый король». В самом названии уже скрыт смысл. В Волгоградской области сегодня сложилась ситуация, подобная сюжету пьесы Шварц.

Есть два народа: жители региона, живущие своими проблемами, своей жизнью, и руководство региона, которое тоже живет своей жизнью в абсолютно другом измерении, другими категориями.

Дмитрий Бессонов: Содержанки, содержанцы.

Мария Доброскокина: В обществе начинает формироваться мнение, которое я слышала от разных людей, не знакомых друг с другом: возможно, все происходящее в Волгоградской области есть часть некоего глобального плана по ликвидации нашей территории, как неперспективной.

То есть, создать невыносимые условия, кто не может, тот уедет. В конце концов, разъедутся все. Не могут же просто так взять и закрыть миллионный город, поэтому надо как-то создать такую невыносимую атмосферу.

Дмитрий Бессонов: Я не понимаю, почему такие полумеры?

Мария Доброскокина: Потому, что выпуск хлора в атмосферу в позапрошлом году не подействовал. Мера была применена, но оказалась неэффективной.

Олег Савченко: Давайте не будем заканчивать программу в столь негативном ключе. Сегодня прозвучала инициатива о том, что можно финальную часть шествия «Бессмертного полка» в Волгограде завершать в мемориальном парке, в той самой народной аллее вдов, которую, конечно же, надо восстановить. Хорошая идея, позитивная?

Дмитрий Бессонов: Согласен. Тогда и я расскажу, что есть у нас один гигантский, я бы сказал, мега-плюс. Наш добрый товарищ, иловлинский фермер Андрей Прошаков, продолжает акцию «Каравай мира». Акцию провели в Чечне, и зерно чеченской вольется в большой каравай мира.

Фермеры засеют поле зерном со всей страны. Из этого зерна, смолотого в муку, испекут каравай. Может, хоть это каким-то мистическим образом поспособствует тому, что мы выберемся из «комплексного развития».

Мария Доброскокина: Я очень надеюсь, что настанет день, когда мы весь часовой эфир будем посвящать таким вот хорошим инициативам, как инициатива Андрея Павловича. Напомню, что гостем нашей программы был сегодня Олег Савченко, общественный деятель, политик и промышленник…

Олег Савченко: И волгоградец. Я жил, живу и буду жить рядом с вами в Волгограде. И никогда не разменяюсь.

Oblvesti.ru

Написать комментарий

Комментарии (0)

Нажимая ссылку Отправить Вы подтверждаете своё согласие с Правилами форума